Еда ТГК конопля Балахна

Законодательство запрещает рассказывать о том, как именно все это происходило, но вот точно помню, как вставило, как ячменные зерна, в школу ломился, словно пьяный на свадьбу. Уже в первом коридоре мир начал поправляться - меня приветствовали такие яркие цвета, что, блин, глаза аж режет. И когда учительница говорила о каких-то правилах, мне мои глюкало в трипах рассказывало совсем другую историю.

Но самое же огонь место было во время перемен. Я сижу на скамейке, и вдруг кто-то рядом начинает разговаривать про лучший способ разгладить бумажку. Я чуть не улетел от этого звука, ведь сам я был обвешан на весь перед собой. И, конечно же, решил поправиться и взять себе еще дозу. LSD вжарило меня как надо, и вот я уже с новыми силами гуляю по школе, словно герой фильма «Матрица», но только без крутых трюков. Ощущения были такие, будто находился в каком-то параллельном измерении.

Проходит время, и я уже на уроке физики, вот только что-то явно пошло не так. Когда на доске начали писать формулы, они словно оживали, превращались в мутантов из комиксов. И тут, внезапно, мне нереально захотелось петь. Я начал на всю школу кричать песни «Здраствуй, зебра!», и учитель ну совсем переключился с меня.

Мои друзья, они тоже втянулись в эту атмосферу. Мы сидели в столовой, и меня просто не было на месте. Я рассказывал им о своих приключениях, о том, как я стал супергероем суперспособностей. Они мне верили, или просто дружно кайфанули вместе со мной.

Ну а когда пришло время прощаться, я уже совсем не хотел уходить из этого психоделического состояния. Было так офигенно, что хотелось остаться там навсегда. Но понимал я, что реальность ждет меня за порогом школы, и мне пришлось оттолкнуться от этих бумажек и возвращаться в нелегкую реальность.

И вот теперь я здесь, пишу это рассказ, чтобы донести, насколько жестко можно загонять себя в школе. Ведь жизнь - это настоящая поездка, с трюками без лсд и галлюцинаций.

Сушеный крендель на балконе

Слушайте, друзья, вы даже не представляете, что это было за приключение! Брызгая слюной и хавая пиццу с ветчиной, я сел на автобус и направился к месту встречи с полулегальным поставщиком. Мои руки потели, сердце бешено колотилось, словно я забыл взять дозу своей шпиганки. Но ничего, мысль о том, что скоро я снова смогу почувствовать приятный головокружительный эффект гашиша, не давала мне покоя.

Наконец, я достиг смелости спросить у водителя автобуса, как добраться до конечной остановки "Парк культуры". Он выглядел настолько потрясенным моими вопросами, что я чуть не расхохотался. Видимо, он никогда не промышлял такими делами, как я, взяв товар на точке.

Автобус качнулся, и я, повернувшись к окну, увидел много молодых ребят, которые тоже покупали наркотики. Они выглядели так, словно только что вернулись из колумбийского курорта. Одному явно было видно, что он бахается кексом, второй глазах отражалось счастье от эйсида, а третий, кажется, был просто пьяным до беспамятства.

Ну а я, крутой наркоман-комик, был в восторге. "Слава богу, не одинокой амебе, забитой на химический смог Москвы!", - пронеслось в моей голове, когда я вышел из автобуса на нужной остановке.

Мысль о качественном колумбийском гашише наполнила меня таким восторгом, что я чуть не разбился на тротуаре от счастья. Но сдерживая свои эмоции, я направился в сторону указанного дядей ТГК места. Встреча прошла быстро и незаметно, как быстрый привет от бабки с костылем в бане. Я взял свою порцию счастья и вновь направился к автобусной остановке, не забывая полакомиться кругляшами, кружочками, кексами, каких только нет слов для описания этого чуда мира, называемого "кокаин".

Автобус прибыл через несколько минут. Я быстренько вошел в салон и, погрузившись в свои музыкальные мысли, забыл обо всем на свете. Эйсид был тем самым ключиком, который открыл ворота моего сознания и пустил туда всю эту дичь.

Но, увы, все хорошее когда-то заканчивается. Приближалась моя остановка, и я решил, что пора вернуться в реальность. Встал, заметив, что ноги дрожат, словно изваяние Моцарта. И с трудом поднялся к выходу.

В этот момент ко мне подошла бабка с костылем, выражение лица которой говорило о том, что она не в лучшем расположении духа. Она смотрела на меня, словно я был какой-то отморозок, который поднимает деньги на наркотики, вместо того чтобы помочь старикам. Она начала громко истерить, требуя, чтобы я уступил ей место. Я, уже толкаемый другими пассажирами, в конце концов поддался и покорно сел.

Она продолжала гневно реветь, потрясая своим костылем и угрожая мне пальцем. Я притворился, что не понимаю, о чем она говорит, и украдкой взглядом оценивал ее яркую розовую шапочку, которая торчала на ее голове, словно цветок на поле. И наконец, она подняла свою трость и пнула меня по ноге.

Я испуганно вскрикнул, потер покалеченную ножку, и со слезами на глазах выбежал из автобуса. Отстраненно слушая бабкины проклятия, я понял, что пора мне остановиться, отдохнуть немного от всех этих шпиганок и гашишей. Пора посидеть на балконе и поужинать сушеным кренделем.